Wednesday, January 21, 2015

Б. Ренчин гуайн шоглол

Улсын нэр томъёоны комисс хуралдаад энэ "дэнлүү" гэдэг хятад үгийг хэрэглэхээ больё. Дэлхийн нийтийн чанартай машин, комбинат гэсэн үгийг хэрэглээд байгаа шигээ "лампа" гэдэг үгээр сольё гэлцээд олонхийн хүчээр түрээ бариад баталж лампа гэж байхаар тогтжээ. Тэгэхлээр нь Ренчин гуай
-Би нэг дуу дуулбал болох уу гэжээ. Үг хэлж маргая гээгүй дуулъя гэсэн болохоор нь зөвшөөрч гэнэ. Тэгсэн чинь босч зогсоод
Арван тавны cap нь Агаар тэнгэртээ лаампаг даа
Арван тавтай шоожуу нь Аав ээждээ лаампаг даа гэж дуулсанд
-Өө дэмий юм байна. Дэмий юм байна. Дэнлүүгээрээ үлдэг гэсэн гэдэг.

...............

Нэг удаа Ренчин гуай Зохиолчдын хороогоор орж ирэв. Толгой дээрээ тавьсан дугуй малгайны завсраар буурал үс нь бултайсныг ажсан нэг нөхөр өмнө нь гүйж очоод "Ренчин гуай Таны наад толгой дээрх чинь малгай юм уу, юу юм бэ? гэсэнд дор нь хариу тавьж духайсхийн хараад ёжтой бүгтхэн дуугаар "Миний энэ ч их эрдэмтний гэгээн тэргүүн дээр тавиастай байгаа юм болохооро малгай нь ч малгай л даа. Харин Таны энэ ганган бүрхний доорх чинь толгой юм уу, юу юм бэ" гэжээ.

Monday, January 12, 2015

"Орчуулах эрдмийг эрхэм болгохуй" ХИС-ийн эрдэмтдийн бүтээлийн эмхтгэлээс

Л.Маналжав, доктор(Ph. D), профессор

ЗАМЕТКИ О ПЕРЕВОДАХ БУДДИЙСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
 И НАУЧНОМ ВКЛАДЕ Ю.Н.РЕРИХА В НИХ
В процессе преподавания иностранных языков, в особенности когда речь идет о сопоставлении двух разных языков или о теории и практике преподавания перевода, мы всегда сталкиваемся с проблемами, связанными с переводом с одного языка на другой. Очевидно, что пока существуют разные национальности, их культуры и языки, не снизется значение перевода.
При прослеживании истории переводов, то обнаруживается, что для пропаганды и распространения мировых религий перевод всегда играл большую роль.
В своем выступлении мы постараемся коротко изложить о переводах буддийской литературы в Монголии и в Китае, а также о научном вкладе Ю.Н.Рериха в переводе буддийской литературы.
В связи с этим позвольте нам упомянуть из истории переводческой деятельности монголов. Можно сказать, что Монголия в состоянии соперничать по богатству своего переводческого наследия со многими странами. Достаточно упомянуть хотя бы Трипитаку Ганджура 108 томов с его комментариями Данджура в 225 томов. Почти вся иноязычная литература была переведена на монгольский язык, главным образом, с санскритского, китайского и тибетского, и в том числе  почти вся литература буддизма Великой Колесницы (Махаяны) была переведена на монгольский язык. Следует заметить, что не все сочинения Ганджура и Данджура являются религиозными, они являются богатейшими собраниями ценных произведений по разным отраслям знаний, каких как философия, логика, грамматика, поэтика, медицина, просодия, астрология, искусство и т.д.  Монгольскими филологами установлено, что Данджур содержит около 40 санскритских грамматических трактатов[1].
Переводческая деятельность монгольских филологов оказала огромное влияние на развитие монгольского языка, в особенности на словарный фонд языка. В результате переводческой деятельности монгольских филологов в период расцвета классического монгольского письменного языка (XVI–XVIII век) словарный состав монгольского языка обновился и пополнился новыми словами и новыми понятиями слов: разными путями, в том числе, морфологическими, семантическими и заимствованиями. В этот период развития монгольской филологии очень много внимания уделялось лексико-семантической основе перевода. Примером того служит двуязычный толковый словарь XVII века Ронбийдорджа, посвященный как раз лексико-семантическим проблемам перевода с иностранного (тибетского) на монгольский.
С конца XIX и начала XX веков русский язык стал главным иностранным языком, с которою переводились на монгольский язык, включая художественный, научно-технический, публицистический и другие жанры письменной литературы. На монгольский язык переведены произведения таких классиков русской литературы, как А.С.Пушкин, Л.В.Толстой, М.Горький, М.Шолохов и др. В современный период, к примеру, осуществлен Ц.Гомбосүреном новый и блестящий перевод произведения Ф.Достоевского “Преступление и наказание”, “Братья Карамазовы”.
В истории переводческой деятельности разных эпох отмечаются моменты исключительной продуктивности, “школами” переводов которые соединяются с политическими, культурными и лингвистическими ситуациями, обычно под покровительством какого-нибудь определенного лица. Например, большое количество переводов буддийских сочинений с тибетского, уйгурского и китайского языков Юаньского периода принадлежит монгольскому переводчику, буддийскому монаху Шарав-Сэнгэ. В колофонах его переводов указывается, что работа сделана по настоянию и заказу Есен-Тэмура.
Когда мы говорим о переводах буддийской литературы на восточные языки, то мы должны упомянуть, как самые ранние переводы, о переводах на китайский язык.
В связи с распространением Буддизма в Китае, буддийские сутры начали переводить ещё во втором веке нашей эры. Переводческая деятельность в Китае подразделяются на 3 периода. Первый период – Восточная Хань и Троецарствие (148-265 гг), второй период - Династия Цзинь и Южных и Северных династий (265 – 589 гг), третий период – Династия Суй, Тан и Северная Сун (589 – 1100 гг).
В первом периоде, приехавшие из Средней Азии буддийские монахи в большинстве уважались за свои религиозные знания, а не за знание китайского языка. Они толковали религиозные учения не на санскритском языке, а на своих родных языках.
Начиная со второго периода иностранные буддийские монахи, хорошо овладевшие китайским языком, свои учения толковали на китайском языке. Одним из хороших переводчиков на китайский был Kuramajiva (344 - 413). В это время в Северо-Восточной Индии Университет Наланда возобновил свою репутацию, готовившую хороших переводчиков, которая имела начало с четвертого века. Вышеупомянутый Kuramajiva направился в Китай в 401 году и перевел “Жизнь Нагарджуны” (Главный философский трактат Буддизма) на китайский. Вскоре один из его учеников Fa-Xian (法显)(405 - 411) отправился в Индию, чтобы собирать буддийские сутры. Одним из 法显особенностей этого периода явилось, то что буддийские монахи толковали религиозные учения устно по-санскритски и переводили на Китайский язык, притом санскритские толкования и китайский перевод записывались одновременно. Отличительной чертой третьего периода было разделение друг от друга толкование учения и перевод на китайский язык. Они стали самостоятельными деятельностями. Самым плодотворным переводчиком – монахом был Xuan-Zang (玄奘602 -664). Главной особенностью практики этого периода были усовершенствования лингвистических и теологических знаний самых китайских монахов.
Перевод буддийских сочинений, выполненный по большой части с санскрита и пали, дал толчок к образованию бай хуа вэнь (白话文) более близкому к живому разговорному китайскому языку чем вэнь янь(文言). Как лингвисты утверждают, что нормы бай хуа вэнь (白话文) ложатся в основу современного китайского литературного языка пу тун хуа (普通话) пройдя серию исторических видоизменений[2]. Отсюда, также можем констатировать, что перевод буддийской литературы тоже имел большое значение для развития Китайского литературного языка.
Когда мы говорим о переводе буддийской литературы, тот ценный вклад, впесенный Ю.Н.Рерихы в переводе книг по Буддизме и истории Тибета привлекает пристальное внимание исследователей. Его переводы на английский давно стали настольными книгами буддологов, тибетологов и монголоведов, наряду с оргиналами.
Научная заслуга Ю.Н.Рериха заключается в том, что им сделан перевод на английский, тем самым, наряду с переводами на другие европейские языки книга буддийского учения стала доступной для широких научных кругов. Примером того служит перевод (Blue annals) на английском языке, который был издан в 1949 году, перепечатан второй раз в 1976. Перевод этого фундаментального труда составляет более тысячи страниц, с приложениями в 300 страниц. Приложение включает индекс sutras и sastras, а также список имён на санскритском, библиография и список имен на тибетском (занимает большую часть приложения). Также включены индекс китайских и монгольских имён. Индекс монгольских имён начиная с Alan-goa заканчивается Togan-Temur. Упоминается и имя историка Sagan-Secen. Перевод снабжён многочисленными примечаниями и комментариями. Понятно, что такой перевод подсилу лишь одаренному ученому исследователю.
Среди его переводов обращает внимание, то что он полностью перевел на английский язык “Хор Чойджуна” –выдающееся произведение монгольской тибето язычной исторической литературы и указал правильное имя его автора Лувсанцэмбэл (Цэмбэл-гуци).
В заключение нашего выступления хотелось бы подчеркнуть, что переводчики разных времен и разных стран сделали большой вклад в интеллектуальную и культурную историю мира. В европейских странах делается многое по изучению истории переводов. Например перевод Библии является центральным текстом в Западной культуре. Известно, что там широко обсуждается о переводческой деятельности начиная с греко-римского периода до Возрождения, вплоть до современности. История перевода других священных текстов, каких как Torah, Qura’anи Bhagavad Gita тоже документированы. Только о традициях перевода буддийского учения до сих пор мало сделано систематизированной работы, если не считать индийских и китайских традиций. Поэтому, нам кажется, что мы совместными силами буддологов, тибетологов и монголоведов могли бы осуществить совместный проект по изучению истории переводов буддийских текстов, тем самым внести вклад в изучение истории наших переводческих традиций.

1.  Sh. Bira, O. Sukhebatar, On the Tibetan and Mongolian translations of Sanskrit grammatical works, Indolojica, Taurinensia, vol.VII 1979, pp127-137
2. Ю.В. Рождественский, Введение в общую филологию, Москва, 1979, стр.126